Принцип свободы договора статья гк

Статья 421. Свобода договора

1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

2. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

3. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

5. Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями, применимыми к отношениям сторон.

Комментарий к Ст. 421 ГК РФ

1. Договорные отношения субъектов гражданского права основаны на их взаимном юридическом равенстве, исключающем властное подчинение одной стороны другой. Следовательно, заключение договора и формирование его условий по общему правилу должны носить добровольный характер, базирующийся исключительно на соглашении сторон, определяемом их частными интересами. Поэтому принцип свободы договора составляет одно из основополагающих начал частноправового регулирования (п. 1 ст. 1 ГК), которое по своему социально-экономическому значению стоит в одном ряду с принципом признания и неприкосновенности права частной собственности.

В соответствии с правилами комментируемой статьи свобода договора проявляется в трех аспектах: 1) свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения (п. 1 ст. 421 ГК); 2) свобода определения юридической природы (характера) заключаемого договора (п. п. 2 и 3 ст. 421 ГК); 3) свобода определения условий (содержания) заключаемого договора (п. 4 ст. 421 ГК). Вместе с тем свобода договора имеет и другие проявления. Так, по общему правилу стороны договора своим соглашением могут расторгнуть (прекратить) его (п. 1 ст. 450 ГК РФ).

2. Свобода заключения договора и отсутствие принуждения ко вступлению в договорные отношения означают, что субъекты гражданского права сами решают, заключать им или не заключать тот или иной договор, поскольку никто из них не обязан вступать в договор против своей воли. Принудительное заключение договора допускается лишь как исключение, прямо предусмотренное либо законом (например, для публичных договоров в соответствии с п. 3 ст. 426 ГК), либо добровольно принятым на себя обязательством (например, по предварительному договору в соответствии со ст. 429 ГК). Таким образом, отпала распространенная в плановом социалистическом хозяйстве обязанность заключения договора на основе различных плановых и других административно-правовых актов и утратила основу для существования категория так называемых хозяйственных договоров, которые юридические лица заключали по административному принуждению и на условиях, установленных указанными актами, а не определенных их собственной волей.

3. Свобода определения характера заключаемого договора состоит в том, что субъекты гражданского права сами решают, какой именно договор им заключить.

При этом они вправе заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами («непоименованный договор»), если только такой договор не противоречит прямым законодательным запретам и соответствует общим началам и смыслу гражданского законодательства (п. 1 ст. 8 ГК). Развитое гражданское законодательство не предусматривает исчерпывающего, закрытого перечня (numerus clausus) договоров и не обязывает стороны «подгонять» их договорные взаимосвязи под одну из известных закону разновидностей.

Данное обстоятельство особенно важно в условиях формирующегося рыночного хозяйства, когда правовое оформление нередко отстает от экономических потребностей. В частности, различные сделки, совершаемые в настоящее время на фондовых и валютных биржах, далеко не всегда имеют прямые законодательные прототипы. Возможность заключения непоименованных договоров позволяет участникам гражданских правоотношений самостоятельно устранять законодательные пробелы, объективно возникающие в результате развития и усложнения имущественного оборота.

4. Согласно п. 3 ст. 421 ГК РФ участники гражданских правоотношений вправе заключить смешанный договор, содержащий элементы различных известных разновидностей договора, предусмотренных законом или иными правовыми актами (последнее отличает его от непоименованных договоров ). К такой единой совокупности нескольких различных договоров в соответствующих частях применяются правила о тех договорах, элементы которых содержатся в ней. Так, ст. 501 ГК РФ предусматривает возможность заключения договора найма-продажи, при котором покупатель товара сначала становится его нанимателем (арендатором). До момента продажи такого товара к отношениям сторон применяются законодательные правила об аренде (имущественном найме), а с момента перехода к нанимателю права собственности на вещь (товар) — правила о купле-продаже. Смешанным договором (банковского счета и кредитным) является также предусмотренный п. 1 ст. 850 ГК РФ договор кредитования банковского счета (иногда называемый овердрафтом, от англ. overdraft — «сверх счета»), в соответствии с которым банк оплачивает требования кредиторов своего клиента (заемщика) в пределах обусловленного договором лимита даже при отсутствии средств на его счете или на большую сумму, чем та, что находится на счете. Смешанным договором судебно-арбитражная практика признала договор об обмене товаров на эквивалентные по стоимости услуги как содержащий элементы договоров купли-продажи и возмездного оказания услуг .

———————————
Нет никаких препятствий и для заключения договора, содержащего элементы договоров, известных и неизвестных законодательству. Хотя такой договор и не будет считаться смешанным в смысле п. 3 ст. 421 ГК РФ, к нему в соответствующей части также будут применяться правила об известном (поименованном в законе) договоре, а непоименованный договор будет оцениваться с точки зрения его соответствия п. 1 ст. 8 ГК РФ.

См.: п. 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 19 апреля 1999 г. N 5 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета» // Вестник ВАС РФ. 1999. N 7.

См.: п. 1 информационного письма Президиума ВАС РФ от 24 сентября 2002 г. N 69 «Обзор практики разрешения споров, связанных с договором мены» // Вестник ВАС РФ. 2003. N 1.

Смешанный договор следует отличать от комплексного договора, представляющего собой совокупность нескольких вполне самостоятельных договоров, условия которых зафиксированы в едином документе . Например, договор поставки товаров может включать также условия о страховании товаров, их хранении, перевозке и т.д., что само по себе не требует оформления нескольких различных договоров (документов), но и не приводит к появлению единого договора.

———————————
Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (постатейный). 3-е изд. / Отв. ред. О.Н. Садиков. М., 2005. С. 945 (автор комментария — Н.И. Клейн).

5. Свобода договора состоит и в том, что его стороны по своей воле определяют его содержание и формируют его конкретные условия, если только содержание какого-либо условия императивно не определено законом или иными правовыми актами. Так, условие о цене приобретаемого товара обычно согласуется самими контрагентами и лишь в отдельных случаях определяется по установленным государством тарифам, ставкам и т.п. (например, когда дело касается продукции естественных монополий).

6. При регулировании договорных отношений ГК РФ наиболее широко использует диспозитивные нормы, которые вступают в действие в качестве условий договора только в том случае, если его стороны не урегулировали соответствующий вопрос иначе и (или) не исключили применение к их отношениям диспозитивной нормы. Таким образом, важнейшая особенность диспозитивных норм состоит в том, что они устанавливают возможность отступления от содержащихся в них правил (тогда как обычные, императивные нормы закона предусматривают необходимость строгого выполнения содержащихся в них предписаний). Поэтому их использование также представляет собой одно из проявлений свободы договора. К числу диспозитивных норм относятся, например, многие правила исполнения договорных обязательств (о возможности исполнения обязательства по частям (ст. 311 ГК), о сроке его исполнения и возможности досрочного исполнения (ст. ст. 314 и 315 ГК), о месте исполнения обязательства (ст. 316 ГК) и др.).

По существу, такие нормы содержат некоторую подсказку сторонам договора относительно того, какие его условия им также следовало бы согласовать (хотя они могут этого и не делать), а возможность применения этих норм фактически восполняет отсутствующую волю сторон относительно некоторых недостающих условий договора, т.е. заполняет имеющиеся в нем пробелы. При этом предлагаемое диспозитивной нормой правило основывается на многолетней практике договорных отношений и обычно представляет собой наиболее оптимальный вариант соответствующего договорного условия.

7. Пункт 5 ст. 421 ГК РФ предусматривает специальную возможность восполнения пробелов предпринимательского договора, т.е. определения его условий в отсутствие прямого согласованного волеизъявления его сторон путем использования обычаев делового оборота. Поскольку закон имеет в виду прямо не предусмотренное им правило поведения, самостоятельно сложившееся и широко применяемое в какой-либо области предпринимательской деятельности (ст. 5 ГК) , использование указанных обычаев также следует считать проявлением свободы договоров в данной сфере.

———————————
См. также: п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 1 июля 1996 г. N 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» // Вестник ВАС РФ. 1996. N 9.

В соответствии с этим конкретный обычай, применимый к договорным отношениям предпринимателей, становится субсидиарным (дополнительным) источником договорного права, т.е. рассматривается в качестве договорного условия в тех случаях, когда стороны соответствующего договора прямо не согласовали это условие и оно не определено диспозитивной нормой закона. Например, применимым в России обычаем признаны международные правила толкования торговых терминов Инкотермс 2000 , которые и будут применяться к соответствующим предпринимательским договорам, если их условия относительно транспортировки товара и распределения возникающих при этом рисков не будут определены их сторонами и не предусмотрены действующим российским законодательством.

Комментарий МТП к Инкотермс 2000. Толкование и практическое применение (перевод Н.Г. Вилковой) включен в информационный банк.

См.: п. 4 Постановления Правления Торгово-промышленной палаты РФ от 28 июня 2001 г. N 117-13 // Торгово-промышленные ведомости. 2001. N 19/20 (в соответствии с п. 3 ст. 15 Закона РФ от 7 июля 1993 г. N 5340-1 «О торгово-промышленных палатах в Российской Федерации» ТПП РФ свидетельствует наличие и содержание торговых (предпринимательских) и портовых обычаев, принятых в Российской Федерации). Текст указанных Правил см.: Комментарий МТП к Инкотермс 2000. Толкование и практическое применение / Публикация Международной торговой палаты N 620. М., 2001.

Обычаи делового оборота следует отличать от сложившейся практики взаимоотношений сторон договора («заведенного порядка») (см. п. 3 комментария к ст. 431 ГК). Вместе с тем стороны предпринимательского договора могут согласовать применение к своим отношениям названных правил Инкотермс 2000, которые в этом случае станут частью их договора в качестве торговых (коммерческих) обыкновений.

8. Свобода договоров неизбежно подвергается тем или иным ограничениям, установленным в публичном интересе.

Прежде всего содержание всякого договора должно соответствовать императивным нормам закона и иных правовых актов (п. 1 ст. 422 ГК), в противном случае договор будет считаться ничтожной сделкой (ст. 168 ГК) (см. комментарий к ст. 422 ГК).

В ряде случаев ограничения договорной свободы вызваны развитием рынка, который не может нормально функционировать при их отсутствии. Так, ограничиваются возможности монопольных производителей товаров или услуг, которые не вправе навязывать своим контрагентам условия договоров, используя свое выгодное положение и невозможность потребителей обратиться к другим производителям, т.е. нарушая принцип конкуренции. В частности, органы регулирования естественных монополий вправе определять потребителей, подлежащих обязательному обслуживанию, а также устанавливать цены (тарифы) или их предельный уровень на продукцию таких монополий, т.е. определять контрагентов и некоторые существенные условия соответствующих договоров . Незаконными считаются навязывание предпринимателями своим контрагентам невыгодных условий договоров или необоснованный отказ либо уклонение от их заключения, представляющие собой разновидности недобросовестной конкуренции, а также соглашения хозяйствующих субъектов, направленные на ограничение конкуренции .

———————————
См.: ч. 1 ст. 6 Федерального закона от 17 августа 1995 г. N 147-ФЗ «О естественных монополиях» (с послед. изм.) // Собрание законодательства РФ. 1995. N 34. Ст. 3426.

См.: подп. 3 и 5 п. 1 ст. 10 и п. 1 ст. 11 Федерального закона от 26 июля 2006 г. N 135-ФЗ «О защите конкуренции».

В тщательной защите нуждаются граждане-потребители, выступающие в качестве заведомо более слабой стороны во взаимоотношениях с профессиональными предпринимателями . Так, в договорах, где кредитором является гражданин как потребитель товаров, работ или услуг, стороны лишены права своим соглашением ограничивать установленный законом размер ответственности должника-услугодателя (п. 2 ст. 400 ГК).

———————————
См.: Закон о защите прав потребителей.

9. В договорных отношениях действует и общий принцип запрета злоупотребления правом (см. комментарий к ст. 10 ГК), в том числе запрета злоупотребления свободой договоров, который также можно считать одним из ограничений этой свободы. Применение данного принципа оправданно, например, в ситуациях, когда банк в качестве стороны кредитного договора навязывает своему клиенту-ссудополучателю несоразмерно большую неустойку за просрочку в возврате кредита и затем требует ее принудительного взыскания, ссылаясь на свободу договора .

———————————
Другие примеры применения этого принципа к договорным отношениям см. в п. п. 2, 3, 7, 9, 10 информационного письма Президиума ВАС РФ от 25 ноября 2008 г. N 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации» (Вестник ВАС РФ. 2009. N 2).

Свобода договора

Принцип свободы договора

Гражданско-правовое регулирование, как известно, строится на определенных началах, принципах гражданского права. Данные принципы пронизывают все гражданское право, все его элементы (подотрасли, институты, конкретные нормы) и сформулированы законодателем в п. 1 ст. 1 ГК РФ. Безусловно, все эти принципы имеют значение для регулирования гражданско-правового договора. Однако с точки зрения изучения договорного права один из них представляет наибольший интерес. Это принцип свободы договора. Уяснение смысла данного принципа имеет важное как познавательное, так и практическое значение.

В действующем гражданском законодательстве содержание данного принципа раскрывается в ст. 421 ГК РФ. Анализ положений данной статьи показывает, что свобода договора законодателем рассматривается с нескольких позиций.

Во-первых, согласно п. 1 ст. 421 граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Иными словами, они сами, независимо друг от друга и от иных субъектов, в том числе обладающих властью публичных образований, решают, заключать или не заключать договор, и если заключать, то с кем. Понуждение к заключению договора по общему правилу не допускается. Такой подход принципиально отличается от прежнего законодательства, действовавшего в условиях планового хозяйства. В советский период в основе заключения большого числа договоров лежала не свободная воля субъектов, вступающих в договорные отношения, а акт планирования. Поскольку хозяйственная деятельность организаций была подвержена планированию в полном объеме, а выполнение плана являлось обязанностью организации, практически все договоры между организациями заключались в обязательном порядке.

Во-вторых, свобода договора выражается в том, что стороны вправе самостоятельно выбирать договорную модель. В соответствии с п. 2 ст. 421 стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Более того, законодатель закрепил за сторонами право заключать договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор) (п. 3 ст. 421). Отсутствие в законодательстве исчерпывающего перечня гражданско-правовых договоров и возможность сочетания элементов различных договоров дают широкие возможности участникам экономического оборота по моделированию своих договорных отношений, приспосабливая их под личные интересы.

В-третьих, свобода договора выражается в возможности самостоятельного определения условий договора (п. 4 ст. 421). Именно стороны договора вырабатывают его условия, наполняя его конкретным содержанием.

Как и любая иная юридическая свобода (свобода слова, свобода передвижения, свобода выбора места жительства и др.), свобода договора имеет свои границы. На существование таких границ указывается в ст. 421. Так, ведя речь о недопустимости понуждения к заключению договора, законодатель указывает на возможность исключения из этого правила. Обязанность заключить договор может быть предусмотрена ГК РФ и иным законом. С этой целью, например, в Кодексе закреплена конструкция публичного договора (ст. 426) как договора, заключаемого в обязательном порядке. Кроме того, обязанность заключить договор может быть предусмотрена и добровольно принятым на себя обязательством. Такое обязательство может возникнуть, например, в силу предварительного договора (ст. 429 ГК РФ).

Законодателем свобода договора ограничена и в части формирования условий договора. Они определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами. Какие именно предписания закона обязательны в части формирования условий договора, разъясняется в ст. 422 ГК РФ, определяющей соотношение договора и закона. В соответствии с п. 1 данной статьи договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения. В случае, если стороны договора отступят от предписания императивной нормы, договор полностью или в соответствующей части признается недействительным согласно ст. 168 ГК РФ. Если же условие договора противоречит императивной норме закона, принятого после его заключения, то такое условие сохраняет силу, кроме случаев, когда в законе установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров (п. 2 ст. 422). Случаи, когда законодатель придает императивным нормам о договорах обратную силу, достаточно редки. Примером может служить ч. 1 ст. 8 Федерального закона от 18 декабря 2006 г. «О введении в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» 1 , в соответствии с которой обязательные для сторон договора нормы части четвертой ГК об основаниях, о последствиях и о порядке расторжения договоров применяются также к договорам, которые продолжают действовать независимо от даты их заключения.

Ограничение свободы договора не следует рассматривать как проявление произвола законодателя. Такое ограничение имеет объективные предпосылки.

Принцип свободы договора (комментарий к статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации)

ПРИНЦИП СВОБОДЫ ДОГОВОРА (КОММЕНТАРИЙ К СТАТЬЕ 421 ГРАЖДАНСКОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ)

Димитриев М. А., преподаватель кафедры гражданского права Уральской государственной юридической академии, магистр частного права, кандидат юридических наук.

Статья 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — ГК РФ) закрепляет один из основных принципов гражданско-правового регулирования — принцип свободы договора. Необходимо начать с того, что в теории гражданского права существует точка зрения о необходимости различать такие категории, как идеи права и принципы права . Идея по отношению к принципу всегда первична, поскольку она является ядром всей системы, на базе идеи гражданского права основывается вся отраслевая архитектоника гражданского права, принцип же всего лишь отражает те глубинные идеи, на которых основывается правовой материал . ——————————— Данной точки зрения придерживаются Б. М. Гонгало и Е. Г. Комиссарова. См., в частности: Гонгало Б. М. Идеи частного права: должное и сущее // Цивилистические записки: Межвузовский сборник научных трудов. Вып. 3. М.: Статут, 2004. С. 94; Комиссарова Е. Г. Об основных началах гражданского законодательства // Журнал российского права. 2001. N 5. Идеи гражданского права были выработаны первоначально в римском частном праве. Проф. И. С. Перетерский пишет: «Римское частное право является предельным выражением индивидуализма и наибольшей свободы правового самоопределения имущих слоев свободного населения». См. об этом: Римское частное право: Учебник / Под ред. И. Б. Новицкого, И. С. Перетерского. М.: Юрист, 2004. С. 7.

Идеи права — категории правосознания, посредством объективации которых существуют принципы права. Но не нужно забывать, что право носит надстроечный по отношению к экономике характер. Как отмечал В. П. Грибанов, «объективной тенденцией социалистического права, несомненно, является полное соответствие его правовых принципов объективным закономерностям общественного развития» . Это утверждение не потеряло своей актуальности и в настоящее время. Следовательно, идеи формируются в правосознании под воздействием реальных экономических отношений и должны соответствовать им. Идея свободы, лежащая в основе принципа свободы договора, относится к числу фундаментальных. Мы знаем, что право в целом есть определенная мера свободы. Но эта свобода может устанавливаться различными путями. Уголовное право устанавливает массу запретов и тем самым сохраняет свободу каждого от произвола со стороны всех остальных субъектов. Однако эта свобода в основе своей имеет крайнюю несвободу всякого и каждого, невозможность действовать своей волей и в своем интересе. Стена запретов, всеобщий императив, одновременно ограничивающий свободу всех и сохраняющий свободу каждого. Гражданское право, будучи правом частным, действует иначе — оно предоставляет свободу субъектам действовать своей волей и в своем интересе, с единственной целью — создание наиболее эффективной модели правового регулирования отношений экономического характера. ——————————— Грибанов В. П. Осуществление и защита гражданских прав. М.: Статут, 2003. С. 223.

Б. М. Гонгало пишет, что «в настоящее время в российском законодательстве воспевается идея свободы» . Действительно, и ГК РФ, и Конституция Российской Федерации закрепляют идею свободы, выражают ее вовне. ГК РФ — последняя обитель свободы. Та обитель, где свобода может найти свое истинное выражение. Неслучайно Л. О. Красавчикова, давая определение личному неимущественному праву, подчеркивает следующее: «субъективное личное неимущественное, не связанное с имущественным гражданское право в наиболее существенных чертах представляет собой право на свободу определения своего поведения в индивидуальной жизнедеятельности по своему усмотрению, исключающее какое-либо вмешательство со стороны других лиц, кроме случаев, прямо предусмотренных федеральным законом» . Каким же образом идея свободы воплощается в гражданском законодательстве? ——————————— Гонгало Б. М. Указ. соч. С. 93. Красавчикова Л. О. Понятие и система личных неимущественных прав гражданина (физического лица) в российском гражданском праве. Екатеринбург, 1994. С. 43.

В. Ф. Яковлев, характеризуя метод гражданско-правового регулирования, называл такую его черту, как дозволительный характер гражданско-правового регулирования, диспозитивность как основную черту метода . Как нам известно, со времен И. Канта право выражает меру свободы. Но в одном случае свобода достигается путем императивной парадигмы, с помощью запрета недозволенных действий, определения четких и непресекаемых границ дозволенного поведения (таков характер уголовного и административного права), в другом случае право действует «мягче», оно определяет модель поведения субъектов, модель, которая может быть подвержена коррекции со стороны самих участников отношений. Это исходные начала, это уровень правосознания, уровень идеальный, предопределяющий дальнейшее развитие идеи. В дальнейшем идея получает отражение в принципах права, закрепляясь на законодательном уровне. Статья 1 ГК РФ — тому подтверждение. Как отмечает Б. М. Гонгало, «уже в п. 2 ст. 1 ГК РФ указано, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе» . Это так называемый первый уровень воплощения идеи свободы в нормах гражданского законодательства. Но идея свободы не ограничивается этим первым уровнем, да и не может ограничиваться, учитывая, что, как отмечал С. С. Алексеев, «принципы права — это сквозные идеи всей отрасли» . ——————————— См. об этом: Яковлев В. Ф. Гражданско-правовой метод регулирования общественных отношений: Учебное пособие. Свердловск, 1972. Гонгало Б. М. Там же. С. 94. Цит. по: Щенникова Л. В. Принципы гражданского права: достижения цивилистики и законодательный эффект // Цивилистические записки. М.: Статут, 2002. Вып. 2.

В дальнейшем идея свободы находит свое выражение в гражданском праве в следующих основных юридических конструкциях: свобода договора и свобода совершения односторонних сделок . Свобода совершения односторонних сделок рассматривается нами относительно юридической конструкции односторонне-управомочивающих сделок, в частности это касается такого институционального принципа как свобода завещания. Основным же принципом, отражающим идею свободы, является принцип свободы договора. В его содержание, по мнению Ю. Г. Басина, входят следующие элементы: «право заключать или не заключать тот или иной договор, право выбора контрагента, право выбрать вид договора и право определить его условия» . Принцип свободы договора наиболее рельефно отражает идею свободы. Договор представляет собой юридическую конструкцию, посредством которой опосредуется динамика гражданского правоотношения. Договор невозможен без наполнения его истинным содержанием, каковым является свобода усмотрения (диспозитивность) сторон. Таким образом, ст. 421 ГК РФ содержит в себе нормы-принципы, отражающие глубинную идею права гражданского. ——————————— —————————————————————— КонсультантПлюс: примечание. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации: В 3 т. Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой (том 1) (под ред. Т. Е. Абовой, А. Ю. Кабалкина) включен в информационный банк согласно публикации — Юрайт-Издат, 2007 (3-е издание, переработанное и дополненное). —————————————————————— Подобной точки зрения придерживается В. П. Мозолин. См. об этом: Комментарий к Гражданскому кодексу Российской Федерации, части первой / Под ред. Т. Е. Абовой, А. Ю. Кабалкина. М.: Юрайт-Издат, 2003. С. 29. Басин Ю. Г. Избранные труды по гражданскому праву. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 37.

Аналогичные нормы содержатся в ст. ст. 380 — 382 Гражданского кодекса Казахстана, в ст. 390 Гражданского кодекса Азербайджана, в ст. 437 Гражданского кодекса Армении, в ст. 453 Гражданского кодекса Таджикистана, в ст. 333 Гражданского кодекса Туркмении (правила данной статьи более лаконичны и с точки зрения юридической техники определенным образом отличаются от российского аналога), в ст. 354 Гражданского кодекса Узбекистана. Особого упоминания заслуживает Гражданский кодекс Республики Беларусь, который в ст. ст. 391 — 392 определенным образом провозглашает принцип свободы договора, однако содержит правило, согласно которому в случае принятия правового акта государством условия заключенного договора должны быть приведены в соответствие этому правовому акту, что, несомненно, в большей степени ограничивает свободу сторон, нежели нормы российского законодательства, содержащие обратную презумпцию. Переходя к более подробному истолкованию текста ст. 421 ГК РФ, необходимо сказать следующее. 1. В пункте 1 комментируемой статьи закреплено общее положение о том, что субъекты гражданского права свободны в заключении договора. Кроме того, он очерчивает границы данной свободы, приводя перечень исключительных случаев, когда свободы в заключении договора может и не быть. Этот перечень ограничен двумя категориями случаев. Первая категория — это случаи, когда обязанность заключить договор предусмотрена действующим гражданским законодательством. И вторая — это когда обязанность заключить договор предусмотрена добровольно принятым обязательством (по-видимому, в данном случае подразумевается ситуация, когда стороны в одном из своих соглашений предусмотрели обязанность заключить тот или иной договор в будущем — и соответственно имела место конструкция предварительного договора, предусмотренная ст. 429 ГК РФ). Относительно первой категории случаев необходимо сказать, что прежде всего это случаи, предусмотренные ст. 426 «Публичный договор», ст. 428 «Договор присоединения». Необходимо отметить, что применение ст. 426 ГК РФ является достаточно противоречивым. Основываясь на буквальном толковании статьи 426, некоторые ученые приходят к не совсем правильным выводам. Например, А. Н. Танага считает, что «обязанной стороной публичного договора является коммерческая организация, т. е. юридическое лицо, преследующее в качестве основной цели извлечение прибыли и созданное в одной из организационно-правовых форм, указанных в § 2 — 4 гл. 4 ГК РФ» . С этим нельзя согласиться по ряду причин. Во-первых, сам автор, говоря о том, что перечень лиц, которые выступают в публичном договоре в роли обязанного лица, является исчерпывающим, в дальнейшем, опровергая самого себя, пишет, что «целесообразнее согласиться с авторами, предлагающими определить обязанную сторону понятием лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность» , тем самым нарушая формально логический закон противоречия. Во-вторых, правовая позиция Конституционного Суда РФ по отношению к договору оказания медицинских услуг состоит в том, что данный договор является публичным, а учитывая, что контрагентом по данному договору является медицинское учреждение, некоммерческий характер которого не вызывает сомнений, можно сделать вывод, что первостепенное значение имеет не тот факт, кто является контрагентом потребителя, а тот факт, что услуги оказываются за плату. Анализируя ст. 426 ГК РФ, К. И. Забоев, в частности, пишет: «. не вполне точным и вызывающим определенные противоречия на практике и обоснованную критику цивилистов является определение законодателя о том, что публичный договор заключается лишь коммерческой организацией» . В связи с изложенным полагаем, что положение п. 1 ст. 426 ГК РФ должно подлежать распространительному толкованию, при котором в число организаций, осуществляющих деятельность по продаже товаров, выполнению работ или оказанию услуг, попадут и иные лица, занимающиеся соответствующей деятельностью на профессиональной основе. Это подтверждается и позицией судебных инстанций, которые отдают предпочтение предмету, а не субъектному составу договора. Примером могут служить Определение Конституционного Суда РФ от 06.06.2002 N 115-О, Постановление Президиума ВАС РФ от 15 мая 2001 г. N 7717/00. ——————————— Танага А. Н. Принцип свободы договора в гражданском праве России. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 67. Танага А. Н. Указ. соч. С. 69. Забоев К. И. Правовые и философские аспекты гражданско-правового договора. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. С. 94.

Приведенный пример наиболее рельефно отражает особенности ограничения принципа свободы договора, показывая причины установленного ограничения. 2. Пункт 2 комментируемой статьи предусматривает правило о возможности заключения как поименованного действующим гражданским законодательством и иными правовыми актами договора, так и непоименованного в указанных нормативных актах. Комментируемый пункт ст. 421 ГК РФ необходимо толковать в системной связке с п. 1. ст. 8 ГК РФ, который предусматривает, что гражданские права и обязанности возникают как из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, так и из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему. В этой части также находит свое отражение такое начало гражданского законодательства как диспозитивность — возможность действовать своей волей и в своем интересе, что предусмотрено ст. 1 ГК РФ. Однако на практике данное положение особого воплощения не получило, поскольку в большинстве случаев суды в процессе применения права осуществляют квалификацию того или иного договора путем подведения его под определенную частью второй ГК РФ договорную модель. 3. Пункт 3 комментируемой статьи в развитие п. 2 предусматривает возможность заключения смешанного договора — содержащего в себе элементы различных гражданско-правовых договоров. Кроме того, данный пункт предусматривает, что к отношениям сторон из смешанного договора применяются в соответствующих частях нормы о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Конструкция смешанного договора представляет собой некую переходную модель (нам известно, что многие смешанные договоры с течением времени преобразовывались в отдельный договорный тип, например договор транспортной экспедиции), а также юридическую конструкцию, позволяющую сторонам реализовать свое право на свободу в выборе вида и содержания договора, что немаловажно. Однако что касается применения правила о том, что к смешанному договору могут не применяться нормы о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, то его реализация по крайней мере достаточно затруднительна, поскольку в этом случае необходимо будет искать нормы, содержащиеся в Общей части ГК РФ, которые в связи с их абстрактностью, особенно это касается принципов, не позволяют определить права и обязанности участников с той степенью детализации, которая необходима для конкретного вида договора, пусть и непоименованного. Исторически возможность заключения смешанных договоров была предусмотрена ст. 1570 проекта Гражданского уложения Российской империи . ——————————— Кодификация российского гражданского права. Екатеринбург: Институт частного права, 2003. С. 489.

4. Пункт 4 комментируемой статьи предусматривает еще один коррелятор свободы определения сторонами условий заключаемого договора, соотношение императивных и диспозитивных норм гражданского законодательства, с одной стороны, и формулируемых сторонами условий договора — с другой. Условия договора не должны противоречить императивным нормам, предусмотренным законом и иными нормативными актами, в противном случае они не применяются, либо «порочат» заключаемый договор. Другое дело диспозитивные нормы, которые применяются только в том случае, если стороны своей волей не исключили их применение к возникшему на основании заключаемого договора правоотношению. Необходимо отметить, что еще О. С. Иоффе при делении условий договора на существенные, обычные и случайные писал, что диспозитивные нормы гражданского законодательства, применение которых стороны не исключили, а, следовательно, «молчаливо» согласились на их применение, образуют так называемые обычные условия гражданско-правового договора . Итак, ограничение принципа свободы договора происходит посредством нормативного закрепления определенных правил, носящих либо императивный (п. 1 ст. 422 ГК РФ), либо диспозитивный характер (фактически законодатель нормативно закрепляет определенные модели будущего должного поведения сторон с различной степенью обязательности). Некоторые авторы, в частности К. И. Забоев, предлагают дальнейшую классификацию норм, ограничивающих свободу гражданско-правового договора . ——————————— Иоффе О. С. Избранные труды. СПб.: Юридический центр Пресс, 2003. Т. 3. Обязательственное право. Забоев К. И. Указ. соч. С. 186 — 187.

5. Пункт 5 комментируемой статьи предусматривает возможность применения обычаев делового оборота к отношениям сторон, вытекающим из заключенного договора, однако в определенной части не урегулированным ни законодательством, ни положениями договора. Данное положение носит конкретизирующий характер и практически дублирует правила ст. 5 ГК РФ.

Статья 421 ГК РФ. Свобода договора

Новая редакция Ст. 421 ГК РФ

1. Граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

2. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору.

3. Стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора.

4. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

5. Если условие договора не определено сторонами или диспозитивной нормой, соответствующие условия определяются обычаями, применимыми к отношениям сторон.

Комментарий к Ст. 421 ГК РФ

Комментируемая норма детализирует основное начало гражданского законодательства, предусмотренное ст. 1 ГК РФ. Многоаспектное проявление свободы договора в рассматриваемой норме подчеркивает частноправовой характер договора.

Прежде всего, с отрицательной стороны принцип договорной свободы обозначает то, что против своей воли никто не обязан вступать в договор. Положение это представляется естественным, и тем не менее в современном праве известны случаи, когда оно терпит известные ограничения. И думается, что это было бы правильно: всякий вправе рассчитывать, что те услуги, которые предлагаются публике вообще, будут оказаны и ему; открытие предприятия для публики должно быть сопряжено и с соответствующей обязанностью. С положительной стороны принцип договорной свободы обозначает право частных лиц заключать договоры любого содержания. Это неизбежное последствие самого назначения договора служить формой для определения частных отношений, для удовлетворения индивидуальных интересов.

Смешанный договор, содержащий элементы разных договоров, устанавливает единую совокупность обязательств. Заключенный сторонами договор представляет собой смешанный договор, так как в нем стороны соединили условия разных гражданско-правовых договоров и связали осуществление своих прав и обязанностей, предусмотренных одним из этих договоров, с осуществлением прав и обязанностей, предусмотренных другим договором (приложение к информационному письму Президиума ВАС РФ от 16.02.2001 N 59).

Другой комментарий к Ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации

1. Принцип свободы договора упоминается в п. п. 1 и 2 ст. 1 ГК; он тесно связан, а иногда переплетается с другим принципом гражданского права — принципом автономии воли (п. 1 ст. 2 ГК РФ).

В абз. 1 п. 1 комментируемой статьи принцип свободы договора конкретизирован: субъекты гражданского права самостоятельно, по своей воле определяют, заключать ли им договор, а если они принимают решение о его заключении, то самостоятельно определяют, когда, с кем, какой договор заключать и на каких условиях.

Принцип свободы договора конкретизируется в п. п. 2, 3 и 4 ст. 421, в ст. ст. 423, 424, 425, 429 ГК.

Вместе с тем во многих случаях он ограничивается различными императивными нормами закона или другого нормативного акта. Так, например, свобода выбора договорного партнера ограничивается нормой, содержащейся в ст. 250 ГК (преимущественное право покупки); выбор условий договора ограничивается императивными нормами закона (ст. 422 ГК РФ) и т.п.

В абз. 2 п. 1 указано на одно возможное ограничение принципа свободы договора: свобода к заключению договора может быть ограничена ГК, иным законом либо добровольно принятым обязательством.

В этих случаях (но только в этих случаях) одна из сторон может обязать другую сторону заключить договор; об условиях такого (принудительно заключаемого) договора в данной норме ничего не говорится.

Норма, содержащаяся в абз. 2 п. 1, довольно часто конкретизируется в ГК и других законах.

Среди норм, ограничивающих право сторон на свободное усмотрение при заключении договора, прежде всего следует назвать содержащуюся в ст. 426 ГК (публичный договор). Свободное усмотрение сторон на заключение договора ограничивается самими сторонами в тех случаях, когда они заключили предварительный договор (ст. 429 ГК РФ).

Нижеследующие примеры из судебной практики подтверждают общий принцип свободы договора:

1) длительные хозяйственные связи с поставщиком не являются основанием для обязания его заключить договор на поставку продукции для государственных нужд (п. 4 приложения к информационному письму Президиума ВАС РФ от 5 мая 1997 г. N 14 «Обзор практики разрешения споров, связанных с заключением, изменением и расторжением договоров» // Вестник ВАС РФ. 1997. N 7);

2) антимонопольный орган не вправе давать предписание о включении в договор мер ответственности, не предусмотренных законодательством (п. 16 приложения к информационному письму Президиума ВАС РФ от 30 марта 1998 г. N 32 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением антимонопольного законодательства» // Вестник ВАС РФ. 1998. N 5).

2. В п. 2 предусматривается право сторон заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иным правовым актом.

Договоры, которые предусмотрены законом или иным правовым актом, часто называют поименованными договорами (иногда говорят о группе договоров, поименованных в ГК РФ). В отличие от них, все остальные договоры являются непоименованными.

Возможность заключения непоименованных договоров вытекает также из подп. 1 п. 1 ст. 8 ГК, в соответствии с которым гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Большое число поименованных договоров содержится в части второй ГК.

Договоры, которые предусмотрены законом или иным правовым актом (поименованные договоры), регулируются императивными и диспозитивными нормами. Заключая договор, который подпадает под определение какого-либо поименованного договора, стороны не могут объявить его непоименованным; это означало бы отказ от применения императивных норм закона, что запрещено ст. 422 ГК.

3. Пункт 3 посвящен смешанным договорам. Этот договор определяется как договор, который содержит элементы двух или большего числа различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами. Данное определение нельзя понимать узко: смешанным должен считаться и такой договор, который содержит элементы различных поименованных и непоименованных договоров либо даже элементы различных непоименованных договоров.

Общая норма, которая применяется к смешанным договорам, состоит в следующем: положения смешанного договора следует разделить на отдельные части, каждая из которых относится к определенному виду договора; затем к каждой из этих частей применяются те нормы закона, которые рассчитаны на соответствующий вид договора. Однако эта общая норма, касающаяся смешанных договоров, не применяется, если иное предусмотрено соглашением сторон или вытекает из существа договора. Упомянутое в оговорке «соглашение сторон» не может изменять или отменять императивные нормы, установленные для определенного вида договора.

Изложенные выше общие нормы, касающиеся смешанных договоров, подкрепляются следующими примерами из судебной практики:

1) согласно п. 1 ст. 850 ГК «в случаях, когда в соответствии с договором банковского счета банк осуществляет платежи со счета, несмотря на отсутствие на нем денежных средств (кредитование счета), банк считается предоставившим клиенту кредит на соответствующую сумму со дня осуществления такого платежа. При этом указанный договор должен рассматриваться как смешанный. Если банком получено заявление клиента о расторжении договора банковского счета или закрытии счета, указанный выше смешанный договор. считается измененным. Обязанность банка по кредитованию прекращается, а клиенту в соответствии с условиями договора надлежит возвратить фактически полученную сумму кредита и уплатить проценты за пользование. При отсутствии специальных указаний в договоре к правоотношениям сторон. применяются правила о займе и кредите» (п. 15 Постановления Пленума ВАС РФ от 19 апреля 1999 г. N 5);

2) если заключенный сторонами смешанный договор, содержащий элементы договора купли-продажи предприятия как имущественного комплекса, подлежащего обязательной государственной регистрации, и договора поставки оборудования, устанавливает единую совокупность обязательств, то такой смешанный договор подлежит обязательной государственной регистрации, при отсутствии которой весь смешанный договор должен считаться незаключенным (п. 13 приложения к информационному письму Президиума ВАС РФ от 16 февраля 2001 г. N 59 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением Федерального закона «О государственной регистрации, прав на недвижимое имущество и сделок с ним» // Вестник ВАС РФ. 2001. N 4);

3) сторонами заключен смешанный договор, по которому акционерное общество должно было поставить обществу с ограниченной ответственностью детали сборно-металлического склада-ангара, т.е. выступить продавцом по договору купли-продажи. Кроме того, оно обязалось установить ангар на фундамент, смонтировать, подключить к действующим коммуникациям и сдать в эксплуатацию. Эта часть договора устанавливала между сторонами отношения по договору строительного подряда.

После сдачи объекта заказчику в сооружении появились протечки, связанные с нарушением строительных норм и правил при производстве работ по герметизации стыков. Относительно металлоконструкций было установлено, что они изготовлены в полном соответствии с чертежами.

Заказчик просил применить меры ответственности, предусмотренные на случай поставки товаров ненадлежащего качества. Суд это требование отклонил, указав на то, что в данном случае установлено ненадлежащее качество подрядных работ, а потому ответственность подрядчика должна определяться требованиями ст. 723 ГК, а не ст. 475 ГК (п. 16 приложения к информационному письму Президиума ВАС РФ от 24 января 2000 г. N 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» // Вестник ВАС РФ. 2000. N 3).

4. В абз. 1 п. 4 закреплен принцип свободы сторон определять условия договора.

Как вытекает из абз. 1 п. 4, условия договора — это совокупность положений, определяющих права и обязанности сторон, заключивших договор. При этом одни условия договора определяются императивными правовыми нормами и не могут быть изменены или отменены соглашением сторон; эти условия входят в договор и принимаются сторонами договора к исполнению. Все остальные условия определяются свободным усмотрением сторон.

Условия договора необязательно включаются в текст договора: императивные нормы, а обычно и диспозитивные нормы в договоре не упоминаются; тем не менее они также являются условиями договора.

В данной норме условия договора не подразделяются на какие-либо виды (группы), хотя в других статьях ГК выделяются отдельные виды (группы) договорных условий. Например, ст. 432 ГК упоминает о «существенных» условиях договора, ст. 507 ГК — об «отдельных» условиях договора.

В абз. 2 п. 4 дается понятие диспозитивной нормы гражданского права: это такая норма, которая, хотя и предусмотрена нормативным актом, но ее действие может быть исключено или изменено соглашением сторон. И лишь при отсутствии такого соглашения, т.е. в том случае, если стороны договора никак не выразили своего отношения к диспозитивной норме либо, наоборот, включили ее в текст договора без изменения, диспозитивная норма становится условием договора, обязательным для сторон, действует наравне с императивной нормой.

Хотя включение понятия «диспозитивная норма» в абз. 2 п. 4 комментируемой статьи является полезным юридико-техническим приемом, нельзя не отметить, что это понятие сформулировано слишком узко: в ГК и других нормативных актах имеется большое число диспозитивных норм, которые можно изменить или отменить не только соглашением сторон договора, но и односторонней сделкой. Таким образом, норму абз. 2 п. 4 нужно понимать в более широком смысле.

Из абз. 2 п. 4 следует, что упоминаемое в абз. 1 п. 4 выражение «случаи, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами», относится только к императивным нормам.

5. Смысл нормы, содержащейся в п. 5, состоит в том, чтобы исключить неопределенность, которая может возникнуть при исполнении договора: если стороны не определили какого-либо его условия, а диспозитивных норм на этот случай нет, то следует определить это условие, базируясь на соответствующих обычаях делового оборота (об обычаях делового оборота см. ст. 5 ГК РФ).

Пункт 5 ст. 421 обычно взаимосвязан со ст. 431 ГК.