Приговор суда по ст105 ук рф

П Р И Г О В О Р

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

12 февраля 2009 г . г. Искитим

Федеральный районный суд общей юрисдикции Искитимского района Новосибирской области в составе:

Председательствующего судьи — Березикова А. Л.,

с участием государственного обвинителя — помощника прокурора Искитимской межрайонной прокуратуры – С. Ю.;

подсудимого – С. Г., 1967 г . рождения, русского, гражданина РФ, со средне – специальным образованием, работающего грузчиком у индивидуального предпринимателя, зарегистрированного по адресу: Новосибирская область, г. Бердск, проживающего по адресу: Новосибирская область, Искитимский район, ранее не судимого;

защитника – адвоката Адвокатской палаты Новосибирской области – К.Г.;

при секретарях – В.Г., В.Д.,

а также с участием потерпевшей – М. Л., свидетелей – Н.Т., Д.В., Б.Г., А.В., С.Ю., А. Н., Г.Б.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении С. Г., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

Гражданин С.Г. совершил преступление – убийство, то есть умышленное причинение смерти гр. Д. В. Преступление совершено им в пос. Б. Искитимского района Новосибирской области при следующих обстоятельствах:

19 июня 2008 года около 16 часов ранее знакомые С. Г. и Д.В. находились в кухне дома № Н. по ул. Н. поселка Б. Искитимского района Новосибирской области, где совместно распивали спиртные напитки. Во время распития спиртного между С. Г. и Д.В. произошла ссора, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. В ходе ссоры у С. Г. возник преступный умысел, направленный на причинение смерти Д. В., путем нанесения ему множественных ударов клинком ножа в грудь и шею, где располагаются жизненно- важные органы. Сразу же С.Г., реализуя свой преступный умысел, направленный на убийство Д.В., с целью лишения жизни потерпевшего, умышленно, осознавая, что совершает деяние, опасное для жизни другого человека, предвидя неизбежность причинения Д.В. смерти и желая этого, взял в руку со стола в кухне указанного дома нож и нанес Д.В. клинком ножа множественные удары в грудь и шею, где располагаются жизненно-важные органы. В результате указанных умышленных преступных действий С.Г., направленных на убийство Д.В., последнему были причинены телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью, по признаку опасности для жизни, в виде проникающих колото-резанных ран шеи, грудной клетки слева, одна из которых с повреждением сердца, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением. От причиненных С. Г. телесных повреждений смерть Д.В. наступила на месте происшествия от обильной кровопотери в результате проникающих колото-резанных ран шеи, грудной клетки слева, одна из которых с повреждением сердца, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением.

Подсудимый С.Г. в судебном заседании свою вину в содеянном по существу не признал и, не отрицая того, что именно он убил Д., пояснил, что в ночь с 18 на 19 июня 2008 года он находился у себя дома по адресу: п. Н., ул. Н., Искитимского района. Около 2-х часов ночи к нему пришел его друг – Д. В., который позвал С. к себе домой, чтобы поговорить, сказал, что у него беда. Они вместе пошли в дом к Д., где, употребляя водку, Д. сказал, что пока его не было дома, его мать изнасиловал сосед И. Так как милиция И. не нашла, Д. предложил пойти его искать с С.. Так как они были пьяны, С. отказался, выпив еще немного, С. ушел домой, так как утром ему надо было на работу. 19 июня 2008 года, отправив сожительницу на работу, сам С. с работы отпросился и пришел к Д.. Там за матерью Д. приехала его сестра – Л., чтобы забрать ее к себе домой. Около 11 часов этого же дня С. с Д. пришли к дому С., где Д. куда – то ушел, а С. зашел к себе домой и лег спать. Около 16 часов Д. вернулся к С. с бутылкой водки, вновь стал звать искать И.. В это время они выпивали водку. С. для закуски нарезал на столе колбасу, нож лежал рядом. В ходе распития водки Д. из-за того, что С. отказывался идти искать И., стал ругаться, нецензурно выражаться в адрес С., упрекать его в трусости. Возникла ссора, С. «послал» Д., после чего Д. выскочил в коридор, схватил в руки находившийся там топор и заскочил назад в кухню. Тут он замахнулся топором в область головы С., находясь на расстоянии 1,5 – 2 метра . С. резко соскочил со стула, схватил со стола кухонный нож с длиной лезвия около 20 см и нанес Д. удар ножом в область грудной клетки. Отшатнувшись, Д. вновь сделал шаг вперед, и С. нанес ему еще один удар ножом в грудь, отчего Д. выронил топор из руки. Тогда С. сделал шаг в левую сторону от Д. и тем же ножом, его лезвием нанес удар по шее последнего, по горлу, отчего тот упал на пол, признаков жизни не подавал. После этого С., допив водку, взял в сарае полиэтиленовую пленку, завернул в нее тело Д., вынес его в огород и закопал метрах в 15 от дома на глубину около полуметра в землю. Его никто не видел. Дома С. замыл следы крови. Дня через три сестра Д. – Т. спрашивала, не видел ли С. Д., на что тот ответил, что тот собирался в г. Бердск. Через четыре дня после убийства С. увидел, что земля, где закопан Д., поднялась, С. понял, что тело раздувает. Тогда он взял нож и нанес примерно в область живота закопанного трупа три-четыре удара сквозь землю, чтобы тело больше не раздувалось. Указывает, что произошло убийство машинально, так как он служил в спец. войсках и обучен навыкам ведения ножевого боя.

В целях устранения противоречий с согласия сторон, по ходатайству гос. обвинителя, на основании ст. 276 УПК РФ, были оглашены показания С. Г. , данные им на предварительном расследовании в качестве обвиняемого (л. д. 87-89), из которых следует, что 1 9.06.2008 года около 16 часов, он находился один у себя дома по вы­ шеуказанному адресу. В это время к нему пришел его знакомый Д. В., который находился в состоянии алкогольного опьянения, у него с собой была бутылка емкостью 0,5 литра, которая наполовину была заполнена водкой. Он был в раздраженном состоянии. Затем С. достал из холодильника закуску — колбасу, накрыл стол в кухне своего дома, после чего он и Д.В. сели за стол и стали совместно распивать водку. Они вдвоем выпили по одной рюмки водки. После этого Д.В. стал предлагать ему пойти разобраться с неким И., который изнасиловал его мать. Он ему отвечал, что пускай этим занимаются правоохранительные органы, он ему говорил, что не пойдет разбираться с этим И.. Тогда в этот момент Д.В., находясь в состоянии алкогольного опьянения, начал его оскорблять различными нецензурными словами. Тогда С. ему сказал , чтобы он успокоился, но его не слушал, он встал из-за стола, сорвал с себя спортивную олимпийку, швырнул её в сторону и продолжал его оскорблять различными не цензурными словами, он называл его «козлом» и «чертом», оскорблял тем самым его честь и достоинство. В этот момент он не выдержал, ему надоело выслушивать оскорбления Д. В., все произошло неожиданно и спонтанно. Д.В. бросился в его сторо ну, С. в это время, знакомый с техникой владения холодным оружием, резким и быстрым движением взял со стола кухонный нож и нанес клинком этого ножа множественные удары в грудь Д.В. , сколько именно не помнит, но точно их было не менее двух. После этого он нанес последний удар лезвием этого ножа по шее Д. В., от чего тот упал на пол и скончался на месте происшествия, то есть на полу кухни. После этого, он взял во дворе дома тепличную пленку, замотал в неё труп Д. В., подобрал с пола кухни спортивную олимпийку Д.В., после чего за копал труп Д.В. у себя в огороде, при этом лицо трупа он на крыл его спортивной олимпийкой. Затем он смыл следы крови Д.В. у себя в кух не. Куда он выбросил нож, которым он совершил убийство, он не помнит. Как он совершил убийство Д.В., никто не видел, об этом он ни кому не говорил. Никакого топора у Д.В. не было, эту версию он выдумал, чтобы оправдать свои действия. Сейчас он в содеянном чисто­сердечно раскаялся и рассказал абсолютную правду, что никакого топора у Д.В. в руках не было.

После оглашения данных показаний С. указал, что в части того, что у Д. не было в руках топора, он не поддерживает, так как в явке с повинной и первоначальных показаниях он указывал также, что Д. кидался на него с топором, а С. защищался. Причиной изменения первоначальных показаний С. указывает то, что следователь предложил дать показания, что у Д. топора в руках не было, что так будет лучше. Давления на него при этом не оказывали, жалоб на действия следователя он не подавал. При допросе в качестве обвиняемого показания он давал добровольно, без принуждения, присутствовал адвокат, но он с ним не советовался, до допроса он ничего адвокату не объяснял.

Допрошенная в судебном заседании потерпевшая М. Л. показала, что погибший Д.В. являлся её младшим братом и проживал он в доме их матери – Д.В. по адресу: п. Б., Искитимского района. Подсудимый являлся другом Д., они вместе учились в средней школе. Брата она видела в последний раз 19.06.2008 года около 10 часов утра, когда приехала из г. Бердск, чтобы забрать их мать – Д. к себе домой. Д. и С. сидели на веранде дома матери и распивали спиртное. Когда М. стала выговаривать брата за то, что он пьет, С. стал кричать на нее, угрожать физической расправой. Мать и брат стали его успокаивать. М. увидела в руках С. нож, завернутый в газету. С. говорил, что надо соседу И. отомстить за маму и положил за пояс этот нож. Он был агрессивен, снова стал угрожать М. без всякой причины, говоря, что размажет ее. Мать подошла к С. и незаметно вытащила у него из – за пояса этот нож, который потом спрятала. Потом М. с матерью уехали на такси в г. Бердск, а брат с С. пошли около 11 часов того же дня по направлению к дому С., после этого брата она больше не видела. В этот же вечер она звонила домой брату, но тот трубку не брал. Сестра Т. ездила потом в п. Б. но брата дома также не обнаружила. У М. сразу возникло подозрение, что С. убил брата, так как они вместе распивали спиртные напитки, и С. и ранее проявлял агрессию к брату. Брат же боялся С., он был человеком спокойным и неагрессивным, в состоянии опьянения он также агрессии не проявлял. Потерпевшая подтвердила заявленные на следствии исковые требования к подсудимому и попросила взыскать с подсудимого в возмещение морального вреда 300 000 рублей, а в возмещение материального вреда, сложившегося из затрат на похороны и поминки брата, подтвержденные кассовыми чеками, 10223 рубля, на остальные расходы документов, их подтверждающих у нее не сохранилось.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Н.Т. показала, что она является сестрой Д.. Числа 20-22 июня 2008 года она приезжала в п. Б., но брата дома не застала. От сестры М. я знала, что 19.06.2008 года он распивал с С. спиртное в доме мамы, был какой-то конфликт. Приехав еще через два дня, она спросила С., не видел ли он брата. С. ответил, что тот уехал в Бердск или где-то в деревне. После она еще несколько раз обращалась к С. по поводу брата, но он отвечал: «Ему наверно башку оторвали!», при этом он нервничал, белел, дергался. О том, что С. убил брата, Н. узнала позднее от сестры. Характеризует брата как спокойного человека, хотя он и употреблял спиртное. Подсудимого свидетель знает более 20 лет, он постоянно агрессивен, дрался ранее с братом, был случай, когда он и душил брата.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Д.В., являющаяся матерью Д., показала, что видела последний раз своего сына 19.06.2008 года, когда ее забирала к себе домой в г. Бердск ее дочь М., и дала показания, аналогичные показаниям М.Л., которые та дала в судебном заседании.

Свидетель Б.Г., являющаяся родной сестрой подсудимого, от дачи показаний в отношении своего брата, на основании ст. 51 Конституции РФ, отказалась, но показания, данные ею на предварительном следствии, подтвердила и выразила согласие на их оглашение в суде. Из оглашенных по ходатайству гос. обвинителя, в порядке ч. 4 ст. 281 УПК РФ, следует (л. д. 55-57), что родной брат – С.Г. проживал в п. Б. Искитим ского района Новосибирской области совместно с их матерью. Б.Г. показала, что
С.Г. с матерью жил как иждивенец, работать не хотел, постоянно выбивал стекла в доме, злоупотреблял спиртными напитками, ничего кроме выпивки не делал. Она постоянно пыталась его вразумить за его пьянки, но он всегда хватался то за нож, то за топор, то за пол­ку и угрожал ей расправой. Поэтому с ним с пьяным она пыталась не связываться. Угроз в её адрес со стороны С. Г. было много, её брат даже на мать поднимал руку. Первой жене М. С. Г. ломал руку. 04.07.2008 года Б. приехала в п. Б. к матери, С. Г. был пьян, сидел за столом и крошил ножом помидоры, собирался делать са лат. Она стала его ругать за огород, что все заросло, ругала его за пьянку, он соскочил со стула, в руках у него был нож, сжал зубы и кулаки, встал перед ней с ножом в руках и сказал ей, чтобы она его не доставала, поэтому она не сомневается, что С. Г. мог убить Д. В.

Свидетель А. (С.) В., являющаяся родной сестрой подсудимого, от дачи показаний в судебном заседании в отношении своего брата, на основании ст. 51 Конституции РФ, отказалась.

Допрошенный по ходатайству защитника свидетель С. Ю. пояснил, что он является родным братом подсудимого, пояснил, что знает он об убийстве со слов людей, указывает, что подсудимый никогда не привлекался к уголовной ответственности, агрессии при нем не проявлял, не дебоширил, чтобы тот с кем то дрался, он не слышал. Д. же постоянно пил, не работал, судимый, воровал по деревне, но лично к свидетелю агрессии не проявлял. Брата жалко, ничего плохого о нем свидетель сказать не может.

Допрошенная в качестве свидетеля по ходатайству защитника А.Н. рассказала, что она является сожительницей подсудимого, характеризует его положительно, указывает, что он помогал ей по хозяйству. Д. часто приходил к ним в гости, приносил самогон и выпивал с подсудимым. Д. был заносчив, между им и подсудимым возникали ранее драки, кто был их инициатором, она сказать не может.

Допрошенный в качестве свидетеля по ходатайству гос. обвинителя Г. Б. в судебном заседании показал, что он работал следователем по настоящему уголовному делу. Он проводил допросы подсудимого и проводил проверку его показаний на месте преступления. Данные следственные действия он проводил в присутствии его адвоката. При допросах никакого давления и принуждения к подсудимому он не использовал. Ограничений на возможность общения подсудимого с адвокатом до допросов и после них не было. Показания подсудимый давал добровольно, замечаний и жалоб на следственные действия со стороны подсудимого или адвоката не было. Никаких советов по поводу содержания показаний он подсудимому не давал.

Из оглашенных по ходатайству государственного обвинителя, на основании ст. ст. 278 ч. 5, 281 УПК РФ, показаний свидетеля В. И., данные о личности которого сохранены в тайне, местонахождение которого в судебном заседании установить не удалось, следует, что с 11.09.2008 года по 12.09.2008 года он находился в ИВС УВД по Искитимскому району Новосибирской области в качестве административно-задержанного за совершение мелкого хулиганства. Он был помещен в камеру № 7, в этой ка­ мере находился следственно-арестованный С. Г., который, как он пояснил, обвиня­ ется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, а именно в соверше­нии убийства Д.В. Также С. Г. рассказал ему обстоятельства совер­ шенного им убийства Д. В., а именно 19.06.2008 года он совместно с Д. В. находился у себя дома в п. Б. Искитимского района Новосибирской области, где они совместно распивали спиртное. Во время распития спиртного Д.В. сказал ему, что надо идти разбираться с неким И. который изнасиловал его мать, в ответ на это он ему сказал, что никуда ни с кем не пойдет разбираться, тогда Д. В. стал его оскорблять всякими грубыми нецензурными словами, что его очень сильно оскорбило. При этом в это время они вдвоем находились на кухне его дома, сидели за столом. Далее Д. В., продолжая оскорблять его различными нецензурными словами, полез к не­ му через край стола, пытаясь его схватить, тогда он – С. Г., взял со стола кухонный нож и, будучи сильно оскорбленным непристойным поведением Д.В., нанес ему клинком этого ножа несколько ударов ему в грудь, после чего, чтобы наверняка причинить смерть Д. В., нанес ему последний удар лезвием этого ножа по шее, от чего Д. В.упал на пол и скончался на месте преступления. После этого, как пояснил ему С. Г., он взял труп Д. В. и закопал его у себя в огороде. Также С.Г . ему рассказал, что когда он давал показания следователю по обстоятельствам со вершенного им преступления, он специально, чтобы избежать уголовной ответственности, сказал, что якобы Д. В. схватился за топор и этим топором стал ему угрожать, в результате чего он вынужден был, обороняясь, причинить ему смерть. На самом деле, сказал ему С. Г., никакого топора в руках у Д.В. не было, и убил он Д. В. потому, что тот его сильно оскорбил.

Помимо показаний С., оглашенных показаний потерпевшей и свидетелей, вина подсудимого в совершенном им преступлении подтверждается и доказывается и оглашенными в судебном заседании письменными доказательствами по делу:

Рапортом об обнаружении признаков преступления по факту безвестного исчезновения Д. В. (л. д. 4);

Заявлением Н.Т. о пропавшем без вести Д. (л. д. 7);

Протоколом явки с повинной С. от 10.07.2008 года (л. д. 12), из которой следует, что 19.06.2008 года в ходе распития спиртного Д. хотел ударить топором С., а С. ударил ножом несколько раз в грудь Д., а потом перерезал с размаху с боку ему горло и он упал мертвый;

Протоколом осмотра места происшествия – дома и огорода по адресу: Новосибирская область, Искитимский район, п. Б. от 10.07.2008 г. (л. д. 14 – 16), в ходе которого был изъят топор, указанный С., а также С. указал место на огороде у дома, где он закопал труп Д., где, после снятия верхнего слоя грунта был обнаружен труп Д.;

Заключением эксперта № 425 от 02.08.2008 года (экспертиза трупа) (л. д. 21-23), из которого установлено, что причина смерти Д. не установлена ввиду гнилостной трансформации и частичного скелетирования трупа. При судебно-медицинской экспертизе трупа Д. обнаружено: дефект мягких тканей на передней поверхности шеи в верхней трети; дефект мягких тканей, сообщающийся с плевральной полостью левой боковой поверхности грудной клетки, между средне — ключичной и переднее — подмышечной линиями, в области 5-го межреберья; д ефект мягких тканей, сообщающийся с плевральной полостью передней поверхно­ сти грудной клетки слева, по средне-ключичной линии, в 3-м межреберье, насечка на ниж­ нем крае 3-го ребра, повреждение сердечной сорочки в проекции данного дефекта и ранение передней стенки правого желудочка сердца; п римерное направление раневого канала спереди назад, слева направо, чуть снизу вверх, длина раневого канала до повреждения сердца примерно 4 см ; в ысказаться о механизме и давности причинения данных повреждений не представля­ ется возможным в виду выраженных гнилостных изменений мягких тканей в области данно­го дефекта и отсутствия кожных покровов; т ри колото-резанных раны на брюшной стенке справа (две раны проникающих в брюшную полость, одна не проникает в брюшную полость), д анные повреждения причинены колюще-режущим предметом (предметами) посмерт­ но, что подтверждается отсутствием каких-либо кровоизлияний в мягкие ткани в области ран. Принимая во внимание вышеизложенное, данные гистологического исследования (ма­ локровие внутренних органов), эксперт приходит к выводу, что смерть Д. В. наступила от обильной кровопотери в результате проникающих ко­ лото-резанных ран шеи, грудной клетки слева, одна из которых с повреждением сердца, со­провождавшихся наружным и внутренним кровотечением, таким образом, данные повреж­ дения причинили бы тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. Принимая во внимание выраженность гнилостных изменений и трупных явлений, вы­ явленных при наружном исследовании трупа, эксперт делает вывод о том, что не исключает­ся наступление смерти Д. В. 19.06.2008 года около 16 часов;

Протоколом осмотра предметов (л. д. 34-35) – топора, изъятого в ходе осмотра места происшествия, в процессе которого при визуальном осмотре топора каких либо бурых пятен, похожих на кровь не обнаружено, на обухе топора в области лезвия имеются наложения вещества серого цвета, похожие на остатки почвы;

Заключением эксперта № 3955 — 08 от 01.09.2008 года (л.д. 62 — 63), согласно которому С. Г. обнаруживает психическое расстройство — синдром зависимости от ал коголя. Об этом свидетельствуют данные анамнеза и настоящего обследования о длительном употреблении алкоголя, повышение толерантности к алкоголю, сформировавшийся синдром психофизической зависимости от алкоголя. Однако, указанное психическое расстройство не сопровождалось у С.Г. психотическими нарушениями, слабоумием, каких-либо иных психических недостатков, в том числе и временных, во время правонарушения он не обнаруживал, находился в состоянии простого алкогольного опьянения — он ориентировался в ситуации, сохранял адекватный речевой контакт, его действия носили целенаправленный характер, и не определялись бредовой, галлюцинаторной симптоматикой, иными психотиче скими расстройствами. Следовательно, С.Г. во время правонарушения мог в пол ной мере осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, он может
осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, может принимать уча стие в следственно-судебных действиях, может правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для настоящего уголовного дела и давать показания. В применении при­ нудительных мерах медицинского характера он не нуждается;

Исковым заявлением потерпевшей с документами, подтверждающими расходы (л. д. 77, 118-121) с требованием о возмещении ей материального вреда на сумму 10223 руб., сложившегося из затрат на проведение похорон и поминок погибшего, а также с требованием о компенсации морального вреда;

Протоколом проверки показаний на месте (л. д. 94-106), из которого следует, что подсудимый 06.10.2008 года в соответствующем процессуальном действии (с применением видеозаписи) в присутствии адвоката добровольно показал, как он нанес удар ножом в область грудной клетки погибшего и режущий удар ножом по шее Д. после чего последний упал лицом вниз и скончался на месте, при этом у Д. в руках никакого топора не было. С. указал, что первоначальные показания относительно того, что у Д. в руках был топор, были неправдивыми, он сейчас чистосердечно раскаялся и подробно рассказал, как все произошло на самом деле (л. д. 102); другими материалами дела.

По ходатайству адвоката были оглашены показания С. (л. д. 27-29), данные им в качестве подозреваемого на предварительном следствии, из которых следует, что данные показания аналогичны его же показаниям, данным им в судебном заседании.

Оценивая все исследованные по делу доказательства в совокупности, нахожу вину С. Г. в совершенном им деянии доказанной и квалифицирую его действия как преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 105 УК РФ по квалифицирующим признакам – убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку. В судебном заседании установлено, что 19 июня 2008 года около 16 часов С. Г., находясь в состоянии алкогольного опьянения в кухне дома по ул.Н. п. Б. Искитимского района Новосибирской области, в ходе ссоры, возникшей на почве личных неприязненных отношений, умышленно нанес клинком ножа удары в грудь и шею гр. Д.В., в результате чего о т причиненных С. Г. телесных повреждений, повлекших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, наступила смерть Д.В. на месте происшествия от обильной кровопотери в результате проникающих колото-резанных ран шеи, грудной клетки слева, одна из которых с повреждением сердца, сопровождавшихся наружным и внутренним кровотечением. В основу приговора суд полагает показания С., данные им на предварительном следствии по делу в качестве обвиняемого, поскольку данные показания он давал добровольно, в присутствии защитника, а также его показания, данные при проверке показаний на месте, в котором он также добровольно в присутствии адвоката опровергал свою версию о том, что он нанес удары ножом Д.в целях своей защиты после того, как последний кинулся на него с топором. Данные показания согласуются и с показаниями потерпевшей М., свидетелей Н., Д., которые характеризуют погибшего как спокойного, неагрессивного человека, неспособного каким либо образом угрожать или нападать на подсудимого, которого он побаивался. Сам подсудимый, по их показаниям, накануне происшедшего был в состоянии опьянения, проявлял агрессию, с собой у него был нож. Подсудимый ранее неоднократно затевал драки с погибшим. Допрошенные по ходатайству защиты свидетели А. и С.Ю., знавшие Д. на протяжении многих лет, агрессивности со стороны погибшего также не отмечали. Версию подсудимого о том, что Д. нападал на С. с топором в руках, перед тем, как подсудимый нанес ему смертельные ножевые ранения, высказанную им в явке с повинной, подтвержденной им в суде, а также отраженную в протоколе допроса в качестве подозреваемого суд отвергает как недостоверную, поскольку она ранее отвергалась самим подсудимым, опровергается и оглашенными в суде показаниями свидетеля В.. Фактов оказания какого-либо давления на подсудимого в период следствия в судебном заседании не добыто. Следователь Г.Б. в судебном заседании указывал, что следственные действия с подсудимым он проводил в присутствии его адвоката. При допросах никакого давления и принуждения к подсудимому он не использовал. Ограничений на возможность общения подсудимого с адвокатом до допросов и после них не было. Показания подсудимый давал добровольно, замечаний и жалоб на следственные действия со стороны подсудимого или адвоката не было. Никаких советов по поводу содержания показаний он подсудимому не давал. Показания в качестве обвиняемого подсудимый также давал добровольно. Эти показания согласуются и с показаниями, данными им при проверке на месте происшествия, они не противоречат и заключению судебно-медицинской экспертизы трупа Д., как по времени нанесения телесных повреждений погибшему, так и по их расположению и характеру данных телесных повреждений, обнаруженных на трупе, как прижизненных, так и посмертных. Позицию подсудимого по поводу того, что он нанес телесные повреждения Д., повлекшие его смерть, защищаясь от последнего, якобы напавшего на него с топором, в силу вышеизложенного, суд расценивает как способ самозащиты своих прав в суде в целях смягчения ответственности за содеянное. Объективно данная версия в суде своего подтверждения не нашла. Из всего вышеуказанного суд считает, что подсудимый совершил преступление на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений в ходе ссоры, усугубленной употреблением спиртных напитков. Никакой реальной угрозы жизни и здоровью подсудимого со стороны потерпевшего не имелось.

При назначении наказания учитываю характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, характеризуемого по месту жительства и работы удовлетворительно, ранее не судимого, имевшего постоянное место работы и жительства, его раскаяние и принесение извинений потерпевшей в конце судебного заседания.

К обстоятельствам, смягчающим наказание, суд относит явку с повинной и активное способствование раскрытию преступления.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не усматривается.

Гражданский иск потерпевшей М.Л. в части материального ущерба на сумму 10223 руб. подтвержден документально, признан подсудимым, а поэтому подлежит удовлетворению на основании ст. 1064 ГК РФ; в части компенсации морального вреда заявленный потерпевшей гражданский иск на сумму 300 000 рублей признан подсудимым частично. В соответствии со ст. ст. 151, 1101 ГК РФ суд приходит к выводу, что иск в этой части подлежит удовлетворению частично на сумму 200 000 рублей, при этом исходя из того, что погибший по вине подсудимого является братом потерпевшей, что влияет непосредственным образом на степень ее нравственных страданий, связанных с его потерей. Отягчающих вину подсудимого обстоятельств, по делу не установлено. Принимая во внимание требования разумности и справедливости суд, определяя размер компенсации морального вреда, считает, что именно вышеуказанная сумма в должной мере возмещает указанный моральный ущерб. При этом суд принимает во внимание материальное положение подсудимого, а также, в связи с этим и реальную возможность исполнения приговора суда в части гражданского иска. В остальной части гражданского иска следует отказать.

В соответствии со ст. ст. 131, 132 УПК РФ суд признает расходы по оплате труда адвокатов на предварительном следствии в сумме 3580 руб. 50 коп. процессуальными издержками, а поэтому с подсудимого в доход федерального бюджета подлежит взысканию вышеуказанная сумма.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307-310 УПК РФ, суд,

Признать С.Г. виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 8 (восемь) лет и 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения С. Г. до вступления приговора в законную силу в виде содержания по стражей в СИЗО № 3 в р. п. Линево Искитимского района Новосибирской области, оставить без изменения.

Срок отбывания наказания исчислять с 10.07.2008 года.

Гражданский иск М.Л. удовлетворить частично и взыскать с С. Г. в пользу М. Л. в счет возмещения материального вреда, причиненного преступлением 10223 (десять тысяч двести двадцать три) рубля 00 копеек, в счет компенсации морального вреда 200 000 (двести тысяч) рублей. В остальной части иска отказать.

В соответствии со ст. ст. 131, 132 УПК РФ взыскать с С. Г. в доход федерального бюджета процессуальные издержки по оплате труда адвокатов на предварительном следствии по делу в сумме 3580 (три тысячи пятьсот восемьдесят) рублей 50 копеек.

Два компакт-диска с видеозаписью осмотра места происшествия от 10.07.2008 г., и видеозаписью проверки показаний на месте от 06.10.2008 года – сохранять при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Новосибирский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным – в этот же срок со дня получения копии приговора.

При подаче кассационной жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии при рассмотрении жалобы или представления областным судом.

Приговор отпечатан судьей в совещательной комнате.

Вступил в законную силу приговор по уголовному делу об убийстве мужчины в Казани

Вступил в законную силу приговор по уголовному делу об убийстве мужчины в Казани

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации оставила без изменения приговор Верховного суда Республики Татарстан в отношении 28-летнего Дмитрия Шнырикова, 26-летнего Александра Шнырикова, 23-летнего Глеба Ахмадуллина, 26-летнего Дениса Кумачева. В зависимости от роли и степени участия они признаны виновными в совершении преступлений, предусмотренных п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (убийство, совершенное группой лиц), ч. 5 ст. 33, п. «ж» ч. 2 ст. 105 (пособничество в совершении убийства группой лиц), ч. 1 ст. 115 УК РФ (умышленное причинение легкого вреда здоровью). Суд назначил им наказание в виде лишения свободы от 10 лет 1 месяца до 15 лет, с ограничением свободы на 1 год. Отбывать наказание осуждённые будут в исправительной колонии строгого режима.

Судом установлено, что в конце 2016 года Дмитрий Шныриков решил совершить убийство своего бывшего руководителя. Мотивом послужило то, что в 2013 году во время совместной работы на одном из казанских предприятий последний не полностью выплатил ему заработную плату. Для совершения преступления он поручил своему брату привлечь троих знакомых.

Так, 5 декабря 2016 года соучастники, вооружившись обрезком металлической арматуры, бейсбольной битой и другими предметами, прибыли к офису 50-летнего мужчины. Дождавшись появления потерпевшего, они избили его. Сын потерпевшего, находившийся рядом, также подвергся нападению. После этого злоумышленники с места преступления скрылись.

В результате от полученных травм мужчина скончался в больнице через несколько недель.

Осужденные и адвокаты, оспаривая законность приговора, обжаловали его в апелляционном порядке.

Верховный Суд Российской Федерации, согласившись с мнением прокуратуры, оставил приговор без изменения, а апелляционные жалобы стороны защиты – без удовлетворения.

Приговор суда вступил в законную силу.

В отношении пятого соучастника уголовное дело выделено в отдельное производство и находится в Верховном суде Республики Татарстан на стадии рассмотрения.

Приговор суда по ст105 ук рф

П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

г. Люберцы, «02» февраля 2006 года

Судья Люберецкого городского суда Московской области Пантелеева С.Ю., с участием государственного обвинителя прокурора г. Люберцы Городова М.Ю., подсудимого П., адвоката Домкина П.А., представившего удостоверение №6792 и ордер №325, при секретаре Остапенко А.Г., Алпатовой Е.В., рассмотрев материалы уголовного дела в П., 1969 года рождения, уроженца г.Люберцы Московской области, гр-на РФ, со средним образованием, женатого, работавшего: таможенный терминал ООО ___ грузчиком, проживающего: Московская область г.Люберцы, Октябрьский пр-кт, д. __ кв. __ , не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УК РФ;

У С Т А Н О В И Л :

Подсудимый П. органами предварительного следствия обвиняется в совершении убийства, то есть в умышленном причинении смерти другому человеку. Преступление, как указано в обвинительном заключении, совершено при следующих обстоятельствах: 15 мая 2005 года, в период времени с 02 до 12 часов, П. находясь в квартире по адресу: Московская область г. Люберцы, Октябрьский пр-кт д. . ; будучи в состоянии алкогольного опьянения, умышленно с целью убийства, нанес множественные удары ножом по различным частям тела неизвестной женщине, опознанной как В., 19. года рождения, причинив ей своими действиями следующие телесные повреждения — кожную рану на груди слева на уровне пятого межреберь между средне-ключичной и переднеподмышечными линиями, проникающую в левую плевральную и брюшную полости с повреждением левого легкого диафрагмы и желудка, относящуюся к тяжкому вреду здоровью; 23 кожных раны, расположенных на спине слева с раневыми каналами проникающими в левую плевральную полость с повреждением ткани левого легкого, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, — две колото-резаные раны мягких тканей лица в заушной области справа, триколото-резаные раны мягких тканей в области угла нижней челюсти справа, две резаные раны третьего и четвертого пальцев правой кисти, относящиеся к легкому вреду здоровью. От полученных телесных повреждений В. скончалась на месте происшествия. Ее смерть наступила от острой кровопотери в результате множественных колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого.

Допросив подсудимого П., который вину не признал, а также свидетелей, указанных в списке лип, подлежащих вызову в судебное заседание, и исследовав представленные органами следствия иные доказательства, суд установил следующие обстоятельства уголовного дела:

В ночь с 14-го на 15 мая 2005 г. П. распивал спиртные напитки с ранее незнакомым С., в квартире, которую временно снимал последний, расположенной по адресу: Московская область г. Люберцы, Октябрьский пр-кт, . примерно в 5-6 часов утра П. и С. пошли в магазин, чтобы приобрести еще спиртного. На улице они познакомились с девушкой В. и пригласили ее в квартиру С. для употребления спиртного. Придя в квартиру, расположенную по вышеуказанному адресу, они втроем стали распивать спиртные напитки. Примерно в 10-11 часов утра в близлежащее отделение милиции пришел С. и заявил, что в квартире у него находится труп женщины. Сотрудники милиции, прибыв по вышеуказанному адресу, обнаружили лежавший на полу, на простыне труп гр-ки В. со множественными колото-резаными ранениями тела, и спавшего рядом с трудом на полу, на другой простыне, голова к голове П., находившегося в сильной степени алкогольного опьянения. В комнате на полу, стене, диване и других предметах имелись множественные пятна крови. На полу валялись два ножа также со следами крови. П. был доставлен в отделение милиции. Указанные обстоятельства суд установил на основании следующих доказательств.

Подсудимый П. в суде показал, что в ночь с 14 на 15 мая 2005 г. он распивал спиртные напитки со С., с которым познакомился в эту же ночь, в квартире последнего. Затем они пошли в магазин за водкой, сколько было времени не помнит. На улице повстречали девушку, оказавшуюся В. и пригласили ее пойти с ними, чтобы распить спиртное. Она согласилась. Придя в квартиру С., они втроем выпили водки, после чего он (П.) и В. пошли на кухню, чтобы заняться сексом, получилось ли у них что-нибудь не помнит. Затем он и В. вернулись в комнату, где находился С., сели за стол и стали вновь употреблять спиртное. Он (П.) был сильно пьян, поэтому выпив еще рюмку водки, сразу уснул и что было дальше не помнит, пришел в себя вечером в отделение милиции.

Свидетель С. в суде показал, что с июля 2004 г. по май 2005 г. включительно он сдава в пользование свою однокомнатную квартиру, расположенную по адресу: Московская область, г. Люберцы, Октябрьский пр-кт д. С. проживал в квартире с женой и ребенком, затем стал проживать один. После декабря 2004 года С. перестал оплачивать квартиру, т.к. у него возникли проблемы с работой. В конце мая 2005 г. он (С.) заехал в квартиру, сдаваемую С., и увидел, что она опечатана. От сотрудников милиции он узнал, что в квартире совершено убийство.

Свидетель Г. в суде показал о том, что В. была его гражданской женой и 15 мая 2005 г. примерно в 5-6 часов утра она ушла в магазин за сигаретами и не вернулась.

Свидетель А. показала в суде, что ее сын Г. является инвалидом 2-й группы и с августа 2002 года стал проживать в гражданском браке с В., которая приехала из р. Украина, документы у нее были утеряны. 15 мая 2005г. ей позвонил сын и сообщил, что рано утром В. ушла из дома за сигаретами и не вернулась. 16 мая 2005 г. об исчезновении В. они заявили в милицию и им предложили опознать убитую девушку. В убитой девушке ее муж опознал В.

Свидетель П. в суде показал, что он является сотрудников милиции 1-го ГОМ г.Люберцы. 15 мая 2005 г. примерно в 10 часов утра в отделение милиции обратился гр-н С. и сообщил, что в его квартире убита женщина и тот кто ее убил, находится там же. Он совместно с другими сотрудниками милиции вышли по указанному С. адресу, и обнаружили в квартире среди комнаты, лежавший на полу на простыне труп женщины с ножевыми ранениями. Голова к голове с ней лежал на простыне П., находившийся в сильной степени алкогольного о опьянения. С большими усилиями им удалось разбудить П. и он со вторым сотрудником милиции Г. отвели его в отделение милиции.

Свидетель Г. в судебном заседании дал аналогичные показания.

В судебном заседании были оглашены показания свидетеля С., данные им на предварительном следствии, в связи с тем, что место его нахождения суду не было известно о том, что в ночь с 14 на 15 мая 2005 г. он распивал спиртные напитки в квартире, которую снимал во временное пользование у С., совместно с соседом Сергеем и Александром. Затем Сергей ушел домой, а они с Александром пошли за водкой и познакомились на улице с девушкой, которую пригласили пойти с ними, она согласилась. Во дворе дома они втроем распили водку, после чего пришли к нему домой примерно около 6-и часов утра. Втроем они вновь стали распивать спиртное, после чего он уснул в кресле. Проснувшись около 12 часов, он увидел лежавшую на полу на пододеяльнике девушку, у которой волосы и лицо были в крови. На спинет на кофте у нее было много порезов, тело было холодным. Рядом с ней лежал Александр и спал. Он попытался его разбудить но не смог, т.к. Александр был сильно пьян. Он побежал в отдел милиции и рассказал о случившемся. Никакого шума и криков он не слышал, т.к. крепко спал, что могло произойти не знает, дверь квартиры была закрыта изнутри на ключ (л.д. 157-159- 167-169).

Свидетель С. показал в суде, что вечером 14 мая 2005 г. он распивал спиртное вместе с П. у Слащева дома. Затем П. и С. ушел, а он уснул у себя дома. Об обстоятельствах убийства ему ничего неизвестно.

Также были исследованы письменные материалы уголовного дела:

Протокол осмотра места происшествия, схема и фототаблица к нему согласно которым была осмотрена квартира по Октябрьскому пр-ту г. Люберцы, где был обнаружен в комнате, лежавший на полу, на простыне труп женщины со следами насильственной смерти. На полу были обнаружены два ножа с пятнами бурого цвета, похожими на кровь, разбитая бутылки, перевернутый табурет со следами вещества бурого цвета в виде потеков и брызг. На полу, стене диване имелись множественные пятна бурого цвета, похожие на кровь в виде потеков и брызг (л.д. 5-23),

Протокол осмотра трупа В. и фототаблица к нему, которых следует, что труп женщины лежал на полу, на простыне лицом вниз и на нем имелись множественные колото-резаные ранения (л.д. 24-35);

Заключение судебно-медицинской экспертизы с выводами о том, что на трупе В. имелись следующие повреждения: кожная рана на груди слева и уровне 5-го межреберья между среднеключичной и переднеподмышечными линиями, отходящий от нее раневой канал, проникащщий в левую плевральную и брюшную полости с повреждением левого легкого, диафрагмы, желушка; 23 кожные раны, расположенные на спине слева и отходящие от них раневые каналы, проникающие в левую плевральную полость с повреждением ткани левого легкого, две колото резаные раны мягких тканей лица в заушной области справа; 3 колото-резаные раны мягких тканей в области угла нижней челюсти справа; 2 резаные раны третьего и четвертого пальцев правой кисти. Указанные ранения образовались в результате не менее чем 30-ти кратного ударного воздействия плоского колюще-режущего орудия с односторонней заточкой клинка. 24 колото-резаные раны проникающие в левую диафрагмы и желудка квалифицируются как тяжкий вред здоровью, между ними и наступлением смерти имеется прямая причинно-следственная связь. Смерть В. наступила от острой кровопотери в результате множественных колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого. Остальные колото-резаные раны и резаные раны имеют признаки легкого вреда здоровью (л.д. 39-44),

Заключение: биологичеввой экспертизы с выводами о том, что на ножах, в смывах, изъятых с места происшествия, обнаружена кровь человека, которая могла произойти от пострадавшей женщины. На ножах следы пота не обнаружены. На окурках сигарет, изъятых с места происшествия обнаружена смола, которая могла произойти от П. и С. (л.д. 132138),

Заключение дактилоскопической судебной экспертизы с выводами о том, что следы пальцев рук изъятые с места происшествия с табуретки и с пачки сигарет «Ява» оставлены П., а с чашки, с бутылки,с пачки сигарет «Ява» оставлены С. (л.д. 146-147).

Доказательства приведенные в обвинительном заключении и поддержанные государственным обвинителем в судебном заседании как каждое в отдельности, так и в совокупности не дают оснований для вывода о виновности подсудимого П. в совершении убийства В. Выводы органов предварительного следствия о совершении П. указанного преступления носят предположительный характер.

Одним из представленных государственным обвинителем доказательств являются показания П. на предварительном следствии, в качестве подозреваемого в которых он полностью признавал себя виновным в убийстве девушки, однако обстоятельств убийства не рассказывал, ссылаясь на то, что ничего не помнит (л.д. 70-72).

В последующих показаниях на предварительном следствии и в судебном заседании П. отказался от первоначальных показаний, утверждал, что девушку он не убивал. В суде П. объяснил свои первоначальные показания шоковым состоянием и давлением со стороны правоохранительных органов, отсутствием надлежащей зашиты.

Суд считает, что показания П. на предварительном следствии в качестве подозреваемого не могут быть положены в основу обвинения поскольку они не содержат никакой информации об обстоятельствах убийства, из них не понятно почему П. признавал свою вину в убийстве, если об этом ничего не помнит. Данные показания не подтверждаются какими-либо другими бесспорными доказательствами.

Другим доказательством на которое ссылается обвинение является заключение биологической экспертизы с выводами о том, что на спортивной куртке и брюках П. обнаружена кровь человека которая могла произойти от пострадавшей. Подсудимый П. следы крови В. на своей одежде объяснил тем, что лежал на полу рядом с убитой и мог измазаться. Из показаний свидетелей П. и Г., протокола осмотра места происшествия усматривается, что П. действительно спал на полу рядом с трупом В., в комнате на полу и на различных предметах были многочисленные пятна крови. Следовательно, суд полагает, что не исключается возможность образования пятен крови на одежде П. при указанных им обстоятельствах. Тем более, что эти следы крови на брюках и спортивной куртке П. были малочисленные и смазанные.

Других доказательств, которые бы подтверждали, что кровь на одежде П. образовалась в связи с его причастностью к убийству В., следствием не добыто.

Показания свидетелей П. и К. о том, что когда они вели пьяного П. в отделение милиции, на их вопросы по поводу убийсвва он отвечал: «Я не хотел это вышло случайно, водка «сгубила», суд также не может положить в основу обвинения, поскольку из показаний самих же свидетелей усматривается, что П. был сильно пьян, следовательно его фразы относительно убийства не могут являться допустимым доказательством.

Следующим доказательством, на которое ссылалось государственное обвинение, являются показания свидетеля С. на предварительном следствии, указанные выше. Однако суд не может положить их в основу обвинения подсудимого, т.к. показания С. не содержат какой-либо информации об обстоятельствах совершенного убийство. Кроме того, суд не может в полной мере доверять показаниям С., поскольку они в некоторых деталях противоречат и другим доказательствам по делу. Так в показаниях С. указано, что он проснулся в 12 часов дня, после чего пошел в милицию, заявив об убийстве женщины в его квартире. Его показания в этой части противоречат показаниям свидетелей П. и Г. о том, что С. явился в отделение милиции между 10 и 11 часами утра. Кроме того, органами предварительного следствия не проверена причастность С. к указанному преступлению.

Согласно протокола выемки и протокола осмотра предметов (л.д. 161-165). Одежда у С. в которой он находился по его слов в момент убийства и после совершения преступления и размеры окружности джине в поясе 72 см и ширина футболки в плечах 40 см, по мнению суда, явно не соответствуют размерам взрослого крупного мужчины, каким, судя по фототаблице к протоколу проверки показаний на месте происшествия является С. (л.д. 172-178).

Суд был лишен возможности осмотреть одежду С., признанную вещественным доказательством, в судебном заседании поскольку она в ходе предварительного следствия была возвращена С.

Представленные органами предварительного следствия доказательства: протокол осмотра места происшествия, протокол осмотра трупа, заключение судебно-медицинской экспертизы по трупу В., протоколы проверок показаний на месте происшествия с участием П. и С. (л.д. 81-87; 170-178), заключение дактилоскопической экспертизы, показания свидетелей А., Г., С., С., Г., П. подтверждают только факт убийства В. в квартире, снимаемой С. и факт нахождения в это время, в указанном месте П. и С., однако не указывают на причастность П. к убийству.

Таким образом, исследовав, проанализировав и оценив все представленные обвинением доказательства, суд пришел к выводу, что органы следствия не собрали бесспорных доказательств вины П. в убийстве В. и выводы о виновности подсудимого, приведенные в обвинительном заключении носят предположительный характер, в связи с чем по делу должен быть постановлен оправдательный приговор.

П. имеет право на реабилитацию, а также право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке, предусмотренном ст.ст. 135-136 УПК РФ.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 304-306 УПК РФ, суд,

П О С Т А Н О В И Л :

П. по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ст.105 ч.1 УК РФ признать невиновным и оправдать его в соответствии со ст. 302 ч.2 п. 2 УПК РФ в связи с непричастностью к совершению преступления.

Меру пресечения — содержание под стражей П. отменить, освободить его из-под стражи в зале суда. П. имеет право на реабилитацию, а также право на возмещение имущественного и морального вреда в порядке предусмотренном законом.

Вещественные доказательства: кроссовки, брюки, спортивную куртку П., два ножа, окурки сигарет, красную кофту, синий бюстгальтер, бордовые трусы, черные джинсы В. — хранить при деле.

Приговор может быть обжалован в кассационном порядке в Московский областной суд через Люберецкий городской суд в течение 10 суток со дня его провозглашения. В случае подачи кассационной жалобы оправданный вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.